fedorova_tl (fedorova_tl) wrote,
fedorova_tl
fedorova_tl

.Информация к размышлению

Андрей Ведяев

В журнале «Историк» Арсений Замостьянов пишет: «У Семёнова было два главных героя, их имена по сей день всем известны. И оба они имеют прямое отношение к спецслужбам. Это Отто фон Штирлиц и Феликс Дзержинский <…> Семёнов — летописец подвигов госбезопасности и в приключенческой саге, и в романе-хронике “Горение”, посвящённом “человеку-искре” — Железному Феликсу».

Одна из аннотаций к изданию «Семнадцати мгновений весны» гласила:

 «В романе заслуженного деятеля искусств, лауреата Государственной премии РСФСР Юлиана Семёнова разоблачаются попытки сговора нацистских главарей
с наиболее агрессивной частью военно-промышленного комплекса США в период Второй мировой войны. Роман построен на документальной основе. Главный герой романа — дзержинец-интернационалист М.М. Исаев (Штирлиц)
».

  Достижения «дзержинца-интернационалиста» впечатляют. Но был ли у него реальный прототип?

  В двухтомном исследовании Пауля Кареля «Восточный фронт» (Paul Carell, 1911-1997, настоящее имя Paul Karl Schmidt, пресс-атташе Иоахима фон Риббентропа, личный переводчик Гитлера) утверждается, что человеком, предопределившим исход многих операций Великой Отечественной войны, был агент «Вертер».


«Даже поверхностный анализ данных радиоперехвата показывает, – пишет Карель, – что на всех фазах войны в России агенты советского Генерального штаба работали первоклассно. Часть переданной информации могла быть получена только из высших немецких военных кругов — такое впечатление, что советским агентам в Женеве и Лозанне диктовали на ключ прямо из Ставки фюрера».

И далее он приводит поразительные примеры. 9 ноября 1942 года немецкая служба радиоперехвата (функабвер) перехватила шифровку, в которой говорилось: «Доре. Где расположены немецкие тыловые оборонительные позиции на линии к юго-западу от Сталинграда и вдоль Дона? Директор».

 Несколько часов спустя поступил дополнительный запрос: «Доре. Где сейчас находятся 11 и 18 танковые дивизии и 25 моторизованная дивизия, которые раньше действовали в районе Брянска. Директор».

 26 ноября 1942 года, когда кольцо под Сталинградом сомкнулось, «Директор» (он же «Алекс» у Юлиана Семёнова) сигнализировал «Доре»: «Сообщите о конкретных шагах, планируемых Генеральным штабом сухопутных войск в связи с наступлением Красной Армии у Сталинграда».

 На Рождество 1942 года «Директор» затребовал: «Вертер должен конкретно выяснить, сколько в целом дивизий подготовки пополнений будет сформировано из новобранцев к 1 января. Ответить срочно».
 
Именно в этой радиограмме и появляется впервые самое загадочное имя в истории разведки Второй мировой войны – «Вертер». 16 января 1943 года «Вертер» снова упоминается в радиограмме «Доре»: «Безотлагательно и в первую очередь отсылайте информацию Люци и Вертера о Кавказском фронте, Восточном фронте, а также об отправке новых дивизий на Восточный фронт. Последние сведения Вертера были исключительно ценными.
Директор».


 Судя по тому, что информация исходила от Верховного главнокомандования вермахта (ОКВ), её источник должен был находится в ближайшем окружении Гитлера. Мало того, Карель утверждает, что «Вертер» был более информирован, чем сам Геббельс. Именно об этом свидетельствуют его донесения.

 Например, 15 апреля 1943 года Гитлер подписал боевой приказ № 6 о начале операции «Цитадель». Первая дата для наступления на Курской дуге была определена как 5 мая. Затем она несколько раз менялась. И обо всех этих изменениях сразу же становилось известно Сталину.

 Наконец, в Ставке фюрера 1 июля 1943 года были собраны военачальники, которым Гитлер сообщил, что начало наступления под Курском – через четыре дня, рассчитывая на внезапность. Но эти данные в тот же вечер были переданы в Москву. Это мог сделать только человек, который присутствовал на этом совещании.

 Исследования секретных документов нацистских спецслужб в архиве Министерства обороны США указывают на то, что «Вертер» — не кто иной, как наци номер два, рейхсляйтер Мартин Борман. Глава западногерманской разведки Рейнхард Гелен пишет в своих мемуарах:

«Тайно встречаясь в кафе под Берлином, мы обсуждали проблему с главой абвера — адмиралом Канарисом. Работа советской разведки была попросту великолепна — они моментально узнавали обо всех разговорах в высших кругах Германии. Кто был информатором русских? В ноябре 1943-го мы точно узнали - радиопередачи в Москву идут… прямо из кабинета Бормана: то есть он установил русскую радиостанцию под носом у Гитлера! Но любая попытка слежки за Борманом означала смерть под пытками и для меня, и для Канариса».

Кроме Гелена, имя «Вертера» называл и Маршал Советского Союза Андрей Иванович Ерёменко. Он тоже считал, что это Мартин Борман. Существует документ, датированный 1969 годом. Это донесение осведомителя американцев
в Восточном Берлине. Офицер из спецслужб ГДР был уверен, что советская разведка завербовала Бормана ещё 30 лет назад. Тот внедрился в аппарат Гитлера по приказу лидера Компартии Германии Эрнста Тельмана.

Юлиан Семёнов, в свое время допущенный к архивам КГБ СССР, утверждал, что на Бормана замыкался шеф гестапо (IV отдела РСХА – Главного управления имперской безопасности), группенфюрер СС Генрих Мюллер. Характерно, что оба они исчезли в последние дни войны из Берлина.

  В своих мемуарах, законченных в тюрьме в 1952 году незадолго до смерти, начальник внешней разведки СД (VI отдел РСХА), бригадефюрер СС Вальтер Шелленберг утверждает, что «Мюллер в конце 1943… установил контакт с русской секретной службой». После разгрома «Красной капеллы» в руках шефа гестапо оказались две радиостанции и советский радист Анатолий Гуревич (кодовое имя «Кент»), через которого Мюллер установил прямой канал связи
с Москвой. Шелленберг пишет, что Мюллер обосновывал это необходимостью «дезинформации» противника.

  В фильме «Семнадцать мгновений весны» есть один странный факт – все основные актёры подобраны так, чтобы максимально походить на свой прототип, и лишь Броневой разительно не похож на Мюллера. И даже возраст Мюллера в фильме искажён: «Вот Вам, Штирлиц, в 65-м будет под 70, а мне – около 80!» — заявляет родившийся
в 1900 году шеф гестапо.

  Журнал «Огонёк» в конце 1990-х годов писал: «Трудно предположить, что Татьяна Лиознова или Юлиан Семёнов, имевший доступ к самым секретным архивам, не знали, как выглядел и в каком возрасте находился один из главных героев. Но кому-то было крайне важно изменить внешность именно этого персонажа – шефа гестапо Генриха Мюллера».

 Ответ прост – на настоящего Мюллера больше всего похож… Штирлиц! То есть Штирлиц и Мюллер – одно и то же лицо.
Настоящее имя штандартенфюрера СС Макса Отто фон Штирлица — Всеволод Владимирович Владимиров.
В ВЧК он с 1918 года. Первое серьёзное задание — проникновение в штаб Колчака. Затем поездка в Ригу в 1921 году, перевербовка русских эмигрантов. Свой псевдоним — Максим Максимович Исаев, с которым он с 1922 года жил и работал сначала во Владивостоке, Шанхае, Японии, Маньчжурии, а затем с 1924 по 1927 год в Париже — он получил лично от Феликса Эдмундовича Дзержинского.


С днем рождения, Железный Феликс!
Источник
Фото


Tags: #Информация к размышлению, Дзержинский
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments