fedorova_tl (fedorova_tl) wrote,
fedorova_tl
fedorova_tl

Есть ли надежда у землян? -2

Автор Дмитрий Буянов
Определит ли XXI век текст, «сделавший» век XX


21 февраля 1848 года был опубликован «Манифест коммунистической партии» Карла Маркса и Фридриха Энгельса – текст, которому было суждено открыть новую эпоху в истории человечества. (Продолжение)

Частичный человек

Можно возразить: но ведь технологии усложняются, и от человека требуется всё больше интеллекта, знаний, способности к управлению! Тех же роботов нужно бесконечно «поддерживать», чинить, программировать, ими необходимо управлять… Да, это как бы так. Маркс потому и говорит, что капитализм растит своего могильщика: бесправный английский рабочий XIX века, живущий хуже зверя, должен хотя бы в отдельных случаях стать технической интеллигенцией. Но и здесь не всё так просто.

Дело в том, что технологии не только «усложняются», но и становятся всё более узкими, специализированными. Чтобы овладеть ими, нужно знать всё больше и больше — но не о мире вообще, а в конкретной его области. С течением времени, эта маленькая область всё сильнее уменьшается.
Грубо говоря, раньше учёный был и философом, и физиком, и математиком, и химиком, и астрономом — и кем угодно ещё одновременно. Затем изучение физики на должном уровне занимало уже столько времени, что ничем другим заниматься стало уже нельзя.

 Прошло сколько-то лет, и изучение какой-нибудь физики жидкостей стало требовать столько усилий, что выучить на том же уровне какую-нибудь акустику оказалось невозможно. Потом распалась на подспециальности сама физика жидкостей… В конечном итоге, специалист, занимающийся испытаниями на адронном коллайдере смутно представляет себе не то что философию или филологию, но и состояние соседнего поля физических исследований.


Здесь важны оба факта: и незнание им философии, и невозможности понять, что происходит рядом в той же физике. Распадается не только наука — и непонятно, кто и как должен её собирать. Разваливается сам человек: он становится обладателем мизерной доли общей культуры.

Тысячи мыслителей, писателей, психологов, учёных сказали нечто о мире. Все их идеи — ценны, они многое могут дать людям. Но конкретный человек уже не в силах освоить даже сотой их части: большинство «богатств» мира неизбежно проходит мимо него.

Диего Ривейра "Человек на перепутье"


В этом есть и чисто политическое измерение. Мир усложнился настолько, что обычный честный «работяга» не может разобраться в том, как работает экономика, международная и внутренняя политика, социальная сфера, поле идеологий… В результате, он легко становится жертвой любых манипуляций.

 Взять власть в свои руки кажется ему непосильной задачей: только профессиональный политик, получивший специальное «элитное» образование, может надеяться на какое-то понимание происходящего в мире и стране. В каком-то смысле, человек при капитализме становится жертвой вообще всего, что он производит. Система, которая изначально задумывалась как использование всеобщей конкуренции ради прогресса, постепенного улучшения всего общества, вышла из-под людского контроля и стала какой-то самостоятельной силой, тянущей человечество не туда, куда ему хочется идти.

 Продукция рабочего, открытия учёного, результаты наёмного управленца — всё это не просто принадлежит не им, оно «играет» против них. Трудящийся вынужден работать больше, быстрее и качественнее не ради собственного блага, а потому что хозяин завода хочет стать ещё богаче, ещё могущественнее, ещё выше, чем его работник.

 Научные открытия используются не в интересах учёного, а в интересах правящего класса: атомная бомба падает не на войска нацистов, а на мирные города. В итоге человек проклинает сам прогресс, приносящий ему не столько новые возможности, сколько большие проблемы. Луддиты начинают ломать станки, повышающие производительность труда.


Маркс писал, что частная собственность и разделение труда — суть одно и то же. Нельзя до конца уничтожить одно, не ликвидировав другое. Разделение труда, специализация — это частная собственность в сфере культуры, знаний. Говоря, что коммунист должен обогатить свою память всеми знаниями человечества, Ленин высказывал не благие пожелания.

Если человек должен стать хозяином своей судьбы, то он должен выйти за рамки своей профессиональной деятельности. Если человек хочет вернуть свою сущность, свою человечность, — он должен принять в себя как можно большую часть мировой культуры, достижений людского духа.
Ведь именно культура формирует личность, даёт людям глубину и тонкость, развивает их эмоционально.
Занятия по диалектическому материализму в Румынии. 1951



Коллективизм для Маркса — есть противоположность обезличенной капиталистической системе. Человека нельзя делать индивидуалистом, оторванным от остального мира. Во-первых, это никогда не будет так: на самом деле он — винтик машины капитала, и вся его мнимая «свобода» и «индивидуальность» — до боли стандартны. Во-вторых, «человек один не может ни черта». Он и вправду не способен освоить знания всего человечества, охватить взглядом всю сложную картину современного мира, вернуть себе те высшие функции, что составляют «родовую сущность».

Всё это может достичь только собранный человек, собранное общество, собранная наука. Необходимо убрать с пути жизни и познания лишние препятствия, вроде конкуренции или принципа «человек человеку — волк». Слишком много нужно понять и сделать, чтобы разбрасываться ресурсами в рыночной борьбе. Наоборот, необходимо, чтобы все люди включились в кооперацию, помогали друг другу, свободно передавали знания, работали на общее, полезное для всех дело. Если проанализировать всю картину мира не под силу одному человеку, за это дело должны взяться группы людей. Их результаты должны стать достоянием каждого. Любой метод, подход, облегчающий познание, изобретённый индивидом — должен немедленно приниматься на вооружение всем обществом. И так далее.

Это становится не просто мечтой о добром и справедливом обществе. С каждым годом подобная система становится требованием, условием для выживания человечества. Технологии становятся не только более сложными, но и более разрушительными. Что, если биологическое или химическое оружие можно будет сделать даже в частной лаборатории? Где гарантия, что не найдётся кучка безумцев, готовых его применить? Почему элиты не должны использовать против населения любые информационные, психологические технологии?

 Ради чего им заниматься развитием простых людей, когда они могут навечно укрепить свою власть? И кто будет их контролировать, кто не позволит элитам использовать всю скопившуюся в их руках мощь против остального человечества? С какой стати мы должны исключать появление в XXI веке нового, более разрушительного фашизма? Тем более что многое указывает на его существование, и это далеко не только конкретные бандеровцы, поддерживаемые Западом…
Иван Голиков. Аллегорическое представление 3 Интернационала

Человека необходимо стремительно развивать. Нужно, чтобы простые люди перестали быть жертвой бесконечных манипуляций элиты и взяли в свои руки контроль над мировой политикой. Слишком многое может сделать небольшая, но сплочённая и обладающая новейшими технологиями группа, если ей противостоит «желеобразное», потерянное, не обладающее даже минимальными человеческими качествами большинство. А в условиях, когда человек становится всё примитивней, всё более «плоским», когда из жизни уходит любовь и смысл — у «просвещённой» элиты появляется особое искушение господствовать, железной пятой попирать «павшие» народы. Именно потому, что человек, потерявший свою человечность — теряет ценность, становится удобным объектом для нацистских теорий «унтерменьшей», недолюдей.

Прометей

Конечно, Маркс рисует апокалиптические картины. Капитал постепенно съедает всю содержание жизни. Любая сфера, куда он приходит — становится бесчеловечной погоней за прибылью. Дружба заменяется сиюминутными союзами, которые в любой момент могут распасться. Любовь — случайными связями пустых и неинтересных людей, самоутверждением или погоней за выгодным «брачным контрактом».

 Когда в манифесте пишется про отмену «семьи» имеется в виду именно съеденная капиталом буржуазная семья — холодная сумма экономических обязательств, насильно связывающая двух людей, друг другу ненавистных. Её место должны занять отношения любви, когда брак держится на подлинном желании мужчины и женщины, а не на силе внешних обстоятельств.

Попытка уйти в «низменные» радости не приносит успеха. Все потребительские развлечения быстро приедаются. Начинаются бесконечные проблемы даже со «звериным» уровнем: сексуальная революция выливается в эпидемию фригидности и импотенции, потому что даже для нормальной физической близости нужны какой-то минимум человеческих эмоций, душевной близости.

 Всё больше и больше людей в США сидит на «таблетках», поскольку страдает бесчисленными психическими расстройствами (эта волна потихоньку достигает и России).

Труд, в условиях его отчуждения и бессмысленности жизни, не приносит удовлетворения. Поскольку человек стремится к более интенсивным развлечениям и большему комфорту, ему приходится работать — ради денег и статуса. Но, в то же время, сама работа ему в тягость — оттуда хочется поскорее убежать, как можно быстрее окунуться в «отдых».

 Особенно это видно на тех работах, которые лишены всякого творческого компонента, в которых сложно получать удовольствие от самого процесса труда. В конечном итоге оказывается, что оптимальный вариант — симулировать работу, писать бесконечные ничего не значащие отчёты.

 А ещё эффективней — заниматься воровством или иными незаконными видами деятельности, поскольку они сулят более короткий путь к желанным благам. При том, что нормальная работа давно превратилась в фарс и потеряла какое-либо «моральное» обоснование.

                    Путь к звёздам прокладывают коммунисты. Марка. 1964


Здесь надо понимать: капитализм, конечно, пожирает свои основы — человека, труд… Однако это вовсе не значит, что он «вот-вот умрёт». Создаётся антисистема, способная причудливым образом существовать. Вспоминается Твардовский, указывающий на подобные изменения в Советском Союзе:

В том-то вся и закавыка
И особый наш уклад,
Что от мала до велика
Все у нас руководят.

— Как же так — без производства,
Возражает новичок, —
Чтобы только руководство?
— Нет, не только. И учёт.

В том-то, брат, и суть вопроса,
Что темна для простаков:
Тут ни пашни, ни покоса,
Ни заводов, ни станков.

Нам бы это все мешало —
Уголь, сталь, зерно, стада…
— Ах, вот так! Тогда, пожалуй,
Ничего. А то беда.

Это вроде как машина
Скорой помощи идёт:
Сама режет, сама давит,
Сама помощь подаёт.


Конечно, рано или поздно всё это «схлопнется». Но вот что придёт на смену доевшей себя системе — большой вопрос. Скорее всего, уже не коммунизм, а нечто вроде фашизма.

Что же сулит «манифест» Маркса и Энгельса в замен существующей системе? Понятно, что нечто противоположное описанному: братство, коллективизм, нацеленный на развитие каждого человека и «повышение» его человечности.

 Одним из лейтмотивов марксизма является необходимость вернуть людям контроль над Системой. Экономика и государство должны действовать не в каких-то непонятных «собственных» интересах, а в интересах большинства народа.

 Сделать это можно только руками самих народных масс — каждая кухарка должна
научиться управлять государством. Или, в более аутентичной ленинской формулировке: «Мы требуем, чтобы обучение делу государственного управления велось сознательными рабочими и солдатами и чтобы начато было оно немедленно, т. е. к обучению этому немедленно начали привлекать всех трудящихся, всю бедноту».

Борис Кустодиев. Первомайская демонстрация у Путиловского завода. 1906



Затем человечество должно внести разумность в хаотичные силы природы. Распространено утверждение, что Маркс — детерминист. Мол, «бытие определяет сознание», а потому человек — лишь послушная игрушка обстоятельств. Каждый раз упускается небольшое дополнение: это в условиях отчуждения люди становятся зависимы от некоей внешней силы, ими неуправляемой.

 «Общественное бытие» капитализма определяет сознание, а не быт. Пафос марксизма ещё со времён «Экономическо-философских рукописей» — в том, что
человечество может стать силой, переламывающей любые обстоятельства и исправляющей несовершенства мира

Дело в том, что у Маркса прослеживается поистине религиозная вера в труд. Он утверждает, что человеческая деятельность — совсем не то же самое, что «работа» паука или быка. Конечно, насекомое «плетёт» паутину, а вол может своей силой крутить колесо. Однако в «деятельности» животных отсутствует некий важнейший компонент, присутствующий у человека. Его можно назвать свободным творчеством.

Труд связан с этой самой человеческой родовой сущностью, отсутствующей у животных. Он существует и без общества, просто как «выражение жизни и утверждение жизни», «самоутверждение человека как сознательного — родового существа».

 Труд, конечно, принимает определённые формы, но он не определяется никакими внешними обстоятельствами. Более того, суть его в том, что человек «не только изменяет форму того, что дано природой; в том, что дано природой, он осуществляет вместе с тем и свою сознательную цель». В голове человека формируется некая цель, некий результат, который потом претворяется в жизнь. А формирование этой цели — не заслуга наличествующего «бытия», а особенность человеческой сущности.


«Природа не строит ни машин, ни локомотивов, ни железных дорог, ни электрического телеграфа, ни сельфакторов и т.д. Все это — продукты человеческого труда, природный материал, превращенный в органы человеческой воли, властвующей над природой, или человеческой деятельности в природе. Всё это — созданные человеческой рукой органы человеческого мозга, овеществленная сила знания».



Конечно, весь вопрос упирается в то, что же это за «сущность» такая. Имеющаяся изначально, до конкретного общества. Придающая людскому труду способность преобразовывать внешний мир и преодолевать любую обусловленность — между прочим, именно поэтому отчуждение родовой сущности при капитализме делает человека зависимым от обстоятельств. И наоборот: воссоединение с ней — открывает дорогу в «царство свободы». У Маркса нет конкретного ответа на этот вопрос — хотя существуют некоторые теории, ссылающиеся на его тексты.

Автор «манифеста» выражается метафорически:
«Труд есть живой преобразующий огонь. Он есть бренность вещей, их временность, выступающая как их формирование живым временем».

Эта метафора — не так проста. Маркс ссылается на мифического титана Прометея, которого в докторской диссертации он называл «самым благородным святым и мучеником в философском календаре». Огонь, который Прометей подарил людям — не буквальное пламя, не умение разжигать костёр. Титан дал человечеству огонь творчества, труд, как его понимал Маркс:

Послушай дальше, удивишься, столько я
Искусств, сноровок и ремесел выдумал.
Вот главные: болезни жгли тела людей,
Они ж лекарств не знали, трав целительных,
И мазей, и настоек. Чахли, таяли
Без врачеванья. Я открыл им способы
Смешенья снадобий уврачевающих,
Чтоб злую ярость всех болезней отражать.
Установил науку прорицания,
Открыл природу сновидений, что считать
В них вещей правдой. Темных слов значение
Раскрыл я людям и примет дорожных смысл…
Все это так! А руды, в недрах скрытые,
Железа, медь и серебро и золото!
Кто скажет, что не я, а он добыл руду
На пользу людям? Нет, никто не скажет так,
Или бесстыдной похвальбой похвалится.
А если кратким словом хочешь все обнять:
От Прометея у людей искусства все.


Титан дал людям возможность, по сути, противостоять природе, даже управлять ею. Они стали созидателями, а не пассивными жертвами обстоятельств. Маркс сравнивает бунт Прометея против Олимпийских богов с философией, восстающей против костных религиозных систем, утверждающей «человеческое самосознание высшим божеством».
Маркс в образе Прометея. 1843


Коммунизм — в отличие от капитализма — направлен на освобождение и пробуждение в каждом человеке его творческих способностей.

 Он видит в труде не источник прибыли, а возможность переделать несовершенства мира. Человек для него — не винтик непонятного механизма, а центр вселенной, «строящийся Бог».


Именно это гуманистическое послание захватило умы и сердца стольких людей по всему миру, начало новую волн революций, создало крупнейшие государства, привело человечество к победе над фашизмом.

Маркс оказался глашатаем любви к человеку и жажды истории, прогресса, посреди общих пораженческих настроений.

 Его учение часто объединялось с мировыми религиозными традициями — христианская «теология освобождения» до сих пор является важным фактором в жизни исполненной энергии Латинской Америки.

Этот проект всё ещё остаётся главной гуманистической идеей современности, потенциал которой ещё далёк от исчерпания. Нужно стереть «случайные черты», нанесённые ХХ веком, по-новому, с высоты полученного опыта вчитаться в написанные Марксом строки, и понять, что нужно сделать в веке XXI, чтобы пророчества отца коммунизма сбывались не только в своей «апокалиптической» части.




Оригинал: https://regnum.ru/news/polit/2241175.html
Любое использование материалов допускается только при наличии гиперссылки на ИА REGNUM.
                                     



Tags: Коммунизм, Манифест, Марксизм
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments