fedorova_tl (fedorova_tl) wrote,
fedorova_tl
fedorova_tl

28 сентября 1925 года — в СССР принято положение о Рабоче-Крестьянской милиции.

Милицейские посты и патрули постепенно были организованы во всех республиканских, краевых и областных центрах, а также в сравнительно крупных городах. Положе¬ние подчёркивало, что в осуществлении задач «по охране революционного порядка и народного достояния и борьбе с посягательствами на него работники милиции обязаны прилагать все усилия к возможно лучшему их выполнению, не останавливаясь перед возникающими для них тягостями и опасностью для здоровья и жизни».





Довольно распространённым видом правонарушений в 20-е годы было хулиганство, которому во многом способствовали пьянство и самогоноварение. Бороться с нарушителями правопорядка милиции всегда помогали добровольцы из народа: в 60-е годы это были дружинники, а до этого — осодмиловцы, бригадмиловцы, сельские исполнители, дворники, в конце концов.

Создание добровольных отрядов дружинников не обошло и сельских районов. В марте 1924 года в НКВД был принят декрет «О сельских исполнителях», который устанавливал права и обязанности помощников милиции в деревенской местности. Исполнителей назначали сельсоветы из числа местных жителей в порядке очереди на срок до двух месяцев. Сельские дружинники

  • наблюдали за порядком на ярмарках и базарах,

  • за санитарным состоянием деревень и исправностью дорог,

  • охраняли места происшествия до прибытия сотрудников милиции,

  • следили за появлением в селе уголовных элементов,

  • подозрительных лиц и дезертиров,

  • пресекали хранение и сбыт самогона,

  • не допускали расхищение урожая.

Для деревенских патрульных в 1926 году даже был утверждён свой нагрудный знак, который по своему витиеватому дизайну немного напоминал царские нагрудные жетоны. На селе исполнители, а в городах сторожа и дворники все чаще становились добровольными помощниками милиции.

  Один из самых известных случаев принудительного привлечения населения к содействию правоохранительным органам был зафиксирован в 1926 году. Тогда начальник милиции Ленинграда подписал приказ № 120, в соответствии с которым на промышленных предприятиях и учреждениях должны были создаваться комиссии общественного порядка (КОП).

 Спустя год в городе на Неве действовали уже 240 комиссий, объединявших 2300 активистов.

К концу 20–х годов революционные вооружённые отряды рабочих были окончательно распущены. В городах, где жизнь понемногу вошла в мирное русло, для привлечения граждан к охране порядка, их правового воспитания
по образцу самой массовой в те годы общественной организации – ОСАВИАХИМа — было создано общество содействия милиции (ОСОДМИЛ).

 Формально членство в нём считалось добровольным, но, как и любая общественная организация того времени, ОСОДМИЛ находился под неусыпным контролем государства, которое, мягко говоря, не поощряло отказ от помощи милиции. Так что на рубеже 30-х годов общее число ячеек ОСОДМИЛа только в РСФСР достигло 2,5 тысяч.

 Польза от патрульных ОСОДМИЛа была немалая. В некоторых районах более половины лиц, задержанных за хулиганство, приходилось на долю бесстрашных помощников милиции. Только за шесть месяцев 1932 года уральскими осодмильцами было раскрыто 22 убийства, 38 краж, обнаружено 349 стволов огнестрельного оружия.

 Кстати, именно осодмильцам приписывают раскрытие резонансного убийства Павлика Морозова и его младшего брата Фёдора (о последнем советские газеты почему-то упоминали крайне редко). По официальной версии, за раскрытие преступления активно взялся осодмилец Иван Потупчик, двоюродный брат Павла. Взяв в помощь трех сельских исполнителей, он отправился к дому Морозовых.

 Сначала дед погибших ребят Сергей Морозов и их дядя Данилка отрицали свою причастность к преступлению. Однако на втором допросе Данилка признался, что убил Пашу и Федю, но, выгораживая деда, соучастником назвал невиновного батрака Ефрема Шатракова. И все же Потупчик сумел установить истину. Осодмилец провёл допросы и очные ставки, установил алиби Шатракова. К приезду сотрудников ОГПУ у него уже имелся полный материал предварительного следствия.


В 1938 году ОСОДМИЛ был преобразован в БРИГАДМИЛ — бригады содействия милиции. Эти формирования создавались, как правило, по территориальному признаку и работали под непосредственным руководством сотрудников милиции. В бригады принимались граждане, достигшие 18 лет, по рекомендации партийных, комсомольских, профсоюзных, других общественных организаций. В 1940 году в составе БРИГАДМИЛа насчитывалось более 400 тысяч человек.





В ряде тыловых районов СССР организация действовала и во время войны. Кстати, дежурство на крышах домов в блокадном Ленинграде для ликвидации зажигательных бомб организовывали именно члены БРИГАДМИЛа. Позже личный состав бригад содействия милиции использовался для комплектования пожарных и санитарных дружин, аварийно-восстановительных отрядов.

 В 1941 году они были преобразованы в Группы охраны общественного порядка (ГООП), которые помимо поддержания порядка занимались борьбой со шпионами и диверсантами. Просуществовали ГООПы до 6 апреля 1945 года, после чего были реорганизованы и в упрощенном виде просуществовали до конца 50-х годов.


И всё же для большей части россиян слово «дружинник» в первую очередь относится к 1960-1980-м годам СССР. Создание ДНД велось по уже хорошо проверенной схеме «народного почина» — то есть создавалась видимость добровольного создания этой организации по инициативе самих трудящихся.

 Первыми выступили, разумеется, рабочие «колыбели революции» — города Ленинграда. В 1955-1957 году на ряде здешних крупных предприятий (Кировский завод, завод «Русский Дизель», Невский машиностроительный и Ижорский заводы и т.д.) появились первые добровольные народные дружины по охране общественного порядка, а на следующий год почин подхватили трудовые коллективы во всех регионах СССР.

 Вскоре профсоюзные и партийные организации по всей стране также высказали свою поддержку «инициативе масс», и 2 марта 1959 года ЦК КПСС окончательно узаконивает новую общественную организацию постановлением
«Об участии трудящихся в охране общественного порядка в стране».



      



В отличие от БРИГАДМИЛов, добровольные народные дружины строились не по территориальному, а по производственному признаку. Формально внутренняя жизнь ДНД зиждилась на самоуправлении, но фактически дружины, действуя под неусыпным руководством администраций и парткомов, всецело оставались под колпаком государства.

 Комсорги заводов, техникумов и вузов, которых на общем собрании обычно единогласно избирали командирами ДНД, по разнарядке свыше набирали народных добровольцев из числа студентов и сознательных рабочих.

 В тех организациях, где в дружину записывались более 100 человек, создавались штабы ДНД, для руководства которыми партия организовала уже городские и районные ячейки. На рубеже 60-х годов только в одной РСФСР в ряды добровольных помощников милиции вступили свыше миллиона трудящихся.


Tags: ДНД, История, Милиция
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments