fedorova_tl (fedorova_tl) wrote,
fedorova_tl
fedorova_tl

Categories:

Волчий катехизис, или Предисловие к интервью с Г. Павловским

Сергей Кургинян

Что ж, знакомьтесь с позицией и выбирайте будущее. Вливайтесь в стаи и стайки, чуждые нравственности, истины, чести и благородства и вполне тождественные волчьим стаям с их вожаками. Вы не хотите вливаться в такие стаи? Ну тогда либо прячьтесь в схронах, откуда вас будут выволакивать, либо аплодируйте стаям, надеясь, что вас тогда помилуют. Либо…


И ты будешь волков на земле плодить,
И учить их вилять хвостом!
А то, что придётся за это платить,
Так ведь это ж, пойми, — потом!

/А.Галич/
830911d50e07
Господина Павловского, чьё интервью с нашим агентством мы публикуем без сокращений, я знаю в течение очень многих лет.

И ответственно заявляю, что он является вполне вменяемым и профессиональным аналитиком, за плечами которого — и большой опыт, и серьёзная осведомлённость, и специфическая аналитическая одарённость, которая в чём-то сродни особого рода инстинкту.

Я знаю также, причём с весьма далёких времён, что Глеб Олегович — суперрациональный человек. И что в качестве такового он может направить своё аналитическое оружие в том направлении, которое ему подсказывает и этот самый аналитический инстинкт, и корпоративно-клановая позиция, которая обуславливает содержание текстов этого интеллектуала.

Поэтому с текстом Павловского я ознакомился не как с произведением отвязанного и не слишком компетентного «вольного политологического стрелка», а как с определённым посланием, адресованным и либеральной оппозиции, и оппозиции как таковой, и всем тем, с кем данный клан, а не только лично Павловский, стал более активно, так сказать, перестукиваться в посткоронавирусную эпоху.

Знакомясь с позицией и этого клана, и самого Павловского (а Павловский никогда не был лишён определённой специфической самостоятельности), я пришёл в глубокое изумление и хочу им поделиться с читателями ИА Красная Весна.

Моё изумление порождено тем, что содержание текста господина Павловского совсем уж лишено того, что, казалось бы, должно бы было присутствовать в текстах ревностного ученика Михаила Яковлевича Гефтера.

В отличие от Павловского, Гефтер никогда не был героем моего интеллектуального романа. Но я, во-первых, относился к нему с предельным вниманием. А во-вторых, я твёрдо знал, что покойный Михаил Яковлевич не позволял своим ученикам избыточно опрощаться. И потому решение господина Павловского подобным образом опроститься как минимум не лишено определённой политической репрезентативности.

Что же именно утверждает Павловский в своём интервью?

Какие аргументы он приводит в пользу того, что человек с вполне специфической биографией, занявший крайне экстравагантную позицию, должен быть назван «эталонным политиком» вообще и тем более эталонным церковным политиком?

Предположим, что я отстаиваю некую позицию, которая другим не нравится. Павловский ведь не говорит, какую именно. Согласно его мнению, тут важно, чтобы отстаивание любой позиции носило последовательный характер.

Предположим, повторяю, что эта позиция состоит в том, что дважды два — пять, Волга впадает в Тихий океан, а люди являются порождением кольчатых червей. Является ли заявивший все эти экстравагантности человек эталонным политиком?

По мне, так он является упёртым чудаком на букву „м“ или пациентом психлечебницы. Или вопиюще безграмотным кретином, а не эталонным политиком. А у читателя есть основания для другого мнения?

Впрочем, в отличие от читателя, я понимаю, что такое мнение Павловского не может быть порождением его слабоумия и знаменует собой нечто другое. И мне интересно, что же именно.

Я начинаю получать ответ на этот свой вопрос после того, как Павловский называет второе качество эталонного политика. Оно состоит в том, чтобы защищать своих, в общем-то, до смерти. А не кажется ли читателю, что это качество наиболее последовательно проявляют, например, уголовные паханы? И что именно за это их коронуют?

Значит, если пахан «прёт  рогом» и «греет зону», как подобает настоящему пахану, то он является эталонным политиком? В отличие от всех крупнейших политиков, известных в истории человечества, которые никогда не «пёрли рогом» и очень мощно ротировали кадры, проявляя при этом качества, очень далёкие от однозначного и решительного «сугрева» собственной зоны.

Согласно формуле Павловского, тот же Гай Юлий Цезарь не являлся эталонным политиком. Не говоря уже о Де Голле, ненавидимом мсье Сустелем и другими именно за отказ от обещавшегося им «сугрева» своей алжирской «братвы». И Черчилль не являлся эталонным политиком, и Рузвельт… И никто из выдающихся политиков Востока…

А вот покойный Вячеслав Иваньков гораздо ближе к политическому идеалу Павловского. Не говоря уже об Эрнесто Рома (он же — убитый Гитлером Рэм), который в пьесе Бертольда Брехта «Карьера Артуро Уи» приходит к Уи (то бишь Гитлеру) с тем, чтобы изложить ровно тот же катехизис политика, который формулирует господин Павловский.

«Пускай страдают Дольфиты и Кларки –
Своих не трогай! Слышь, Уи! Не трогай!
Пусть заговор твой оплетёт весь мир,
Но заговорщиков не трогай! Всё
Топчи ногами — береги лишь ноги,
Их не топчи!»


Господин Павловский хочет предложить это в виде катехизиса эталонного политика? Причём прекрасно понимая, что к политике это вообще никакого отношения не имеет. Зачем он это делает? И зачем это делает та группа, которая ему созвучна с давнейших пор?

И господин Павловский, и эта группа понимают, что наступает время паханов и паханят, которые должны сбиться в кучи и переть рогом на власть. И по возможности не обладать никакими другими качествами, потому что не их это ума дело.

И другие качества будут проявлять другие люди после того, как паханы и паханята сковырнут власть и государство. И начнут, порыкивая, разгуливать на бесхозной территории. Тогда-то и придут хозяева.

И господин Павловский с несвойственной ему ранее откровенностью и со странной готовностью к предельному опрощению, даёт инструкцию, согласно которой неважно, что именно несут паханы и паханята, неважно, что вытекает из их паханско-паханятских интенций. Важно только, чтобы они пёрли рогом и правильно сбивались в криминальные стаи.
Всё остальное теперь уже неважно, господа! — говорит Павловский.

Что ж, знакомьтесь с позицией и выбирайте будущее. Вливайтесь в такие стаи и стайки, чуждые нравственности, истины, чести и благородства и вполне тождественные волчьим стаям с их вожаками. Ибо, как всем понятно, вожак волчьей стаи — это эталонный политик. Стаю сплотить способен, своих не сдаёт.

Вот только не может сказать, что дважды два пять, а Волга впадает в ядро земли, питая собой его демонических обитателей. Гортань не так устроена, рычать может, а нести ахинею — нет. Ну, на худой конец, и это сгодится. Рычание — это тоже идеология.

Вы не хотите вливаться в такие стаи а-ля Павловский? Ну, тогда либо прячьтесь в схронах, откуда вас будут выволакивать, либо аплодируйте стаям, надеясь, что вас тогда помилуют. Либо… либо что? Вот об этом подумайте — ознакомившись с волчьим катехизисом.




Интервью с политологом Глебом Павловским о ситуации вокруг схиигумена Сергия (Романова). Схиигумен Сергий (Романов) — крупная величина не только церковной жизни, но и всей российской политики, уверен Глеб Павловский. Эксперт рассказал, чем опальный старец удивил его и с чем предстоит столкнуться монаху, вышедшему из подчинения Русской православной церкви.

Tags: Кургинян, Общество, Политическая война
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments